БЕЛЫЙ ШАНХАЙ

3.50 $9.00 $

Автор: Эльвира Барякина

Жанр: Исторический роман

Серия: «Грозовая эпоха»

Том: 2

457 стр.

Книга продается в авторской редакции 2017 года.

Длительность звучания аудиокниги — 12 часов 49 минут.

Очистить
Рубрики: , Артикул: Н/Д

Описание

В Китае в начале ХХ века белые люди считались непобедимой высшей расой. Но русские, как всегда, все испортили. Когда в Шанхай прибыли обездоленные белогвардейские беженцы, колониальная система, основанная на расизме, затрещала по швам.
Клим Рогов, бывший журналист, понимал, что у “низвергнутых богов” мало шансов на успех, но ему некуда было отступать: он должен был заново отстроить свою жизнь и вернуть любимую жену Нину.

 

ГЛАВА 1. ЭМИГРАНТЫ

1

1922 год

Нина Купина мерила шагами проржавевшую палубу беженского корабля и зубрила английские глаголы: to come — приходить; to see — увидеть; to win — победить.
Ледяной ветер насквозь продувал её вылинявшее пальто, но Нина не возвращалась к себе в «каюту» — в отгороженный одеялами подъемник, некогда перевозивший грузы в трюм и обратно. Там Нинины соседки принимали роды у какой-то несчастной девочки.

Вот уже несколько недель две тысячи белогвардейцев томились на кораблях в двенадцати милях от Шанхая — местные власти запретили беженцам приближаться к городу. Представители китайского губернатора, Французской концессии и Международного поселения выразили им соболезнования по поводу проигранной гражданской войны и вынужденного бегства из России… и на всякий случай прислали военный корабль, который взял русских под прицел. Весьма разумная мера предосторожности: а то кто знает, вдруг они с отчаяния пойдут в атаку на мирный Шанхай? В трюмах у русских было полно оружия, и его вполне хватало для небольшой войны.

— Нина Васильевна, вот вы где! — раздался гулкий бас. — А я везде вас ищу.

Отец Серафим — огромный, со спутанной светлой бородой — спешил к Нине, придерживая на ходу ворот фуфайки, не сходившейся на его мощной шее.

— Нам надо нарисовать рождественскую елку на стене у кают-компании. Сможете? Пусть у детей будет хоть какое-то подобие праздника.

Отец Серафим дал Нине кусок угля, и она поднялась по обледенелому трапу на верхнюю палубу, запруженную народом. Мужчины мололи рис на самодельных ручных мельницах; женщины стирали. Ветер трепал штаны и пелёки, сохнущие на зачехлённых стволах орудий. С кормы доносилось глухое пение священников — там готовили к погребёнию женщину, умершую от пневмонии.

Нина оглядела рыбачьи лодки у стен древней сторожевой крепости и низкие берега, присыпанные снегом, розовым в свете закатного солнца. Вдали поблёскивали огни города, куда могли зайти все, кроме русских.

Внезапно из приоткрытого иллюминатора донёсся голос Клима Рогова, Нининого мужа. В юности он недолго жил в Шанхае и теперь собирал беженцев в кают-компании и делился с ними тем, что знал о Китае.

Нина из гордости делала вид, что её не интересуют эти собрания. Всё-таки неудобно сначала послать мужа к черту, а потом прибегать к его услугам.

— По бумагам Китай — независимая страна, — рассказывал Клим, — а на деле — почти колония Великих Держав: Великобритании, Франции, Италии, Соединённых Штатов и Японии. Китайцы потерпели поражение во всех войнах с колонизаторами, и те заставили их подписать неравноправные договоры. В результате белые получили неслыханные привилегии и низвели местных жителей до положения «не вполне людей». Китайских слуг, даже пожилых, называют «боями» — «мальчиками» — и дают им номера: бой номер один, номер два, номер три и так далее.

Нина украдкой заглянула в иллюминатор. Люди слушали Клима, боясь пропустить хоть слово. Они хоть и мечтали о Шанхае, но до стылого ужаса боялись его. Мало кто из них знал иностранные языки; большинство мужчин не владели никакими профессиями, кроме военных, а женщинам и вовсе непонятно было, на что рассчитывать: их-то готовили только к супружеству и материнству.

Клим выглядел усталым: тёмные густые брови были нахмурены, широкие плечи странно горбились. Но он, как всегда, пытался шутить над обстоятельствами:

— Сомневаюсь, что братья-христиане позволят нам умереть у них на глазах. Они же не хотят, чтобы к ним по ночам являлась целая армия призраков, жаждущих мести? Так что рано или поздно нас впустят в город.

Нина отступила от иллюминатора. Здесь, на корабле, она, по крайней мере, могла рассчитывать на еду. А что с ней будет, когда им позволят сойти на берег?

Нина уверяла себя, что без труда найдёт другого мужчину, но с недавних пор её стали одолевать сомнения. Кому нужна вечно голодная двадцатипятилетняя дамочка в обносках? Это в прошлой жизни, до революции, с нее можно было рисовать Царевну Лебедь, а сейчас — разве что Гадкого Утенка.

Единственной ценной вещью, оставшейся у Нины, был револьвер, который она забрала у Клима, чтобы он, не дай Бог, не пустил себе пулю в лоб.

Хмурясь и дуя на озябшие пальцы, Нина принялась рисовать елку, но вместо праздничной картинки у нее получилось нелепое чудище, похожее на гарпун с заостренными зубцами. За что бы она ни бралась в последнее время, у нее все валилось из рук.

Незадолго до отплытия из Владивостока Нина подхватила тиф, и в бреду ей постоянно мерещилось, что они с Климом живут под мостом и роются по помойкам в поисках еды. Они оба знали, что ему не найти хорошую работу: кому в Китае нужен журналист, который умеет писать только по-русски и по-испански? В английском у Клима было слишком много ошибок, а на шанхайском диалекте он мог разве что торговаться на базаре.

— Что-нибудь придумаем! — уверял Клим Нину. — Я уже однажды начинал с нуля в Аргентине…

Но Нина не слушала.

— Я не могу ждать, пока ты встанешь на ноги!

Однако чем дольше беженцы сидели на кораблях, тем чаще Нина жалела о своем решении. На кого она могла променять Клима? Кто мог сравниться с ним? Он был умен, предприимчив и талантлив; на него всегда можно было положиться…

«Неужели я действительно сошла с ума из-за тифа?» — думала Нина. Ей доводилось слышать, что после сыпняка у многих расшатываются нервы. В России половина людей переболела тифом — и, верно, это была одна из причин их безумной жестокости друг к другу.

Нина вновь заглянула в иллюминатор. Клим нарисовал карту Шанхая на куске оберточной бумаги и объяснял слушателям, где находятся рынки, вокзал и русская православная церковь, единственная на весь город.

«Нам надо помириться, — решила Нина. — Я подожду, пока они закончат, и поговорю с Климом».

Но примет ли он её? Сама Нина никогда бы не простила мужа, если бы он бросил её в беде. А ведь тогда, во Владивостоке, ему было ещё труднее, чем ей: он вынужден был не только кормить себя и её, но и выхаживать Нину, когда она заболела. О, Господи, как она могла быть такой неблагодарной?

Наконец собрание окончилось, и слушатели вышли на палубу.

Нина хотела подойти к Климу, но он стремительно прошел мимо, делая вид, что смотрит в другую сторону. К её ногам упала карта города, которую он нарисовал.

Нина подняла её и долго разглядывала. Клим сделал это нарочно? Он ведь знал, что ей больше некому помочь.

ДОСТУПНЫЕ ФОРМАТЫ

Электронная книга

Вы получите архив, в котором электронная книга будет представлена в форматах FB2, PDF, EPUB, MOBI и HTML.

Чтобы прочесть книгу, вам надо будет открыть файл, подходящий для вашего устройства.

Аудиокнига

Вы получите архив с файлами в формате mp3, которые можно скачать на ваше устройство.

Вам также может понравиться…